Урок 10

Великие живописцы

Я твердо, я так сладко знаю,
С искусством иноков знаком,
Что лик жены подобен раю,
Обетованному Творцом.

Н.Гумилев «Андрей Рублев».

Музыкальный эпиграф: П.И. Чайковский « У камелька» из цикла «Времена года» Предварительная работа с учащимися: Цель урока: Знакомство с творчеством выдающихся древнерусских иконописцев.

Задачи:

Образовательные: Развивающие: Воспитывающие:

Ход урока:

XIV в. – время блестящего расцвета монументальной живописи Новгорода, большое влияние на развитие которой оказал великий византиец Феофан Грек. Феофановские фигуры в большинстве фронтальны и неподвижны, но беспокойный, испепеляющий дух рвется в каждом наружу, рождая трагический пафос и великое напряжение.

Посмотрим изображение столпника Алимпия Феофана Грека. Обращаю внимание детей на скромный колорит, в котором присутствует только два цвета – белый и таракот. Какие чувства вызывает этот образ?

Истинно трагическая неуемность в его чертах, в жесте его рук! В глазах затаенная мольба, скорбь и надежда. Разительный контраст темного лика, темных рук – и белой, как лунь, шапки волос да снежным потоком спадающей бороды.
Общий красно-коричневый тон, темные контуры, складки одежд, образующие молниеподобные зигзаги, белильные движки и в результате – нервная, предельно динамичная живопись, передающая людские страсти, сомнения, раздумья, порывы. Эта реальность страстей и прельщала новгородцев.

А теперь послушаем, какие чувства испытал поэт XX века, увидев работы великого Феофана Грека.

Арсений Тарковский
«Феофан Грек»

Когда я видел воплощенный гул,
И меловые крылья оживали,
Открылось мне: я жизнь перешагнул,
А подвиг мой еще на перевале.

Мне должно завещание могил,
Зияющих, как ножевая рана,
Свести к библейской резкости белил
И подмастерьем стать у Феофана.

Я по когтям узнал: он лев,
Он кость от кости собственной пустыни,
И жажду я, и вижу сны, истлев
На раскаленных углях благостыни.

Я шесть веков дышу его огнем
И ревностью шести веков изранен.
-Придешь ли, милосердный самарянин,
Повить меня твоим прохладным льном.

Смелое вхождение Феофана в новгородскую школу живописи явилось для нее живительной встряской. Вырываясь из византийского застоя, гений Феофана в свою очередь будил в русской живописи волю к раскрепощению, к свободному выявлению собственной динамичности, собственного темперамента. Аскетическая суровость его образов не могла привиться на русской почве, но их психологическая многогранность отвечала стремлению новгородских художников передать внутренний мир человека, а живописность феофановских композиций открывала новые горизонты их вдохновенному мастерству.

Икон XII-XIII в в. связанных с Владимиро-Суздальской Русью, сохранилось немного, но среди них имеются шедевры. Оплечный «Деисус» ( по-гречески «моление» или «прошение»), где с двух сторон молодого Христа скорбные ангелы заменяют традиционные фигуры двух главных святых ( Марии и Иоанна), ходатайствующих перед Христом за род людской, трогает нас своей ласковой одухотворенностью.
«Можно без преувеличения сказать, что эта замечательная икона служит исходной точкой того длительного процесса, который завершился созданием на русской почве развитой формой иконостаса…

Идейный смысл «Деисуса» не подлежит сомнению. Эта композиция символизировала идею заступничества.
Вот почему она приобрела такую широкую популярность в средние века, когда феодальный гнет ложился настолько тяжелым бременем на плечи трудящихся, что в их глазах «Деисус» как бы воплощал последнюю «надежду отчаявшихся»… Можно определенно утверждать, что нигде изображение «Деисуа» не пользовалось такой исключительной популярностью, как во Владимиро-Суздальской Руси» (В.Н.Лазарев).

Когда же возникла московская школа живописи?

Смотрим иконостас Благовещениского собора. Знакомимся с устройством русского иконостаса ( снизу – вверх): местный ряд, деисусный ряд, праздничный ряд, пророческий ряд, праотеческий ряд.

Первое время искусство Москвы походило на искусство Владимиро-Суздальской земли, как и сама история Москвы сливалась с ее историей.
Возможно, зарождение московской школы можно связать с такими иконами среднерусского происхождения, как, например, «Борис и Глеб» середины XIVв. Борис и Глеб- русские князья, сыновья Владимира Красно Солнышко, невинные жертвы беспощадных удельных междоусобиц, предательски убитые их братом Святополком.
Причисленные к лику святых, они были особенно чтимы на Руси и считались покровителями всего княжеского рода. Изображения Бориса и Глеба царственно величественны, стройны и изящны, в великолепных одеждах, с мечом и крестом в руках.

Роль Москвы становилась все значительнее для греческого мира и той части славянского, на которую не распространялось главенство римской курии. Из Византии, Сербии, Болгарии устремились в Москву художники, для которых она стала одним из крупнейших культурных центров.
Приезжает в Москву и Феофан Грек.
Совершенство художественных приемов Феофана было особенно важно для окончательного становления искусства молодой, но уже сознающей свое мировое значение державы. Он участвует в создании иконостаса Благовещенского собора Кремля.

Кроме самого Феофана, над росписью Благовещенского собора работали под общим его руководством «Прохор-старец с Городца да чернец Андрей Рублев». Чернец- значит простой монах. Это самое раннее дошедшее до нас летописное упоминание о Рублеве.

Дать возможность учащимся самим отличить работы Феофана Грека от кисти Андрея Рублева. Заслушать доклады учащихся о Феофане и Рублеве. Параллельно с этим рассматриваем работы этих живописцев, работая на компьютерах.

От созданного тремя мастерами до нас сохранились в иконостасе второй (деисусный) и третий (праздничный) ряды. Мы распознаем руку Феофана в основных фигурах второго ряда, готовы признать руку Рублева главным образом в композициях третьего ряда, наиболее тонких по краскам, наиболее лирических и ритмичных, приписав остальные, не лишенных живописных достоинств, старцу Прохору.

Как живописец Андрей Рублев сложился в Москве и, судя по упоминанию о нем в летописи, был близок к мастерской Феофана Грека. Но увлечение Рублева Феофаном не переходило в подражание и зависимость.
У Феофана преобладали величавость, мрачность, суровость, у Рублева- нежность, гармоническое спокойствие и душевная отзывчивость. О жизни Рублева и его первых шагах художественного развития известно очень мало.
Но есть основания предполагать, что именно он в свои ранние годы украшал замечательный древнерусский манускрипт- так называемое «Евангелие Хитрово».

По-видимому, в ранний период творчества Рублев был привлечен к живописному убранству звенигородских храмов. Конечно, не все выполнено самим мастером, но большинство произведений овеяно очарованием его художественного творчества. Своими работами Рублев как бы вступил в состязание с Феофаном не только в мастерстве.

Глубокомыслию гениального грека он противопоставил чуткость русского художника к красоте человека, доверия к его благородству, открытый, светлый взгляд на мир. Фигуры звенигородских икон покоряют редким сочетанием изящества и силы, мягкости и твердости и более всего - выраженной в них безграничной доброты. В этом нравственном облике художник стремился выразить черты, характерные для русских людей того времени.

В звенигородских иконах ярко вспыхнуло дарование Рублева как колориста. Такого чистого звучания красок, такой гармонии холодных голубых тонов с нежно-розовыми и золотистыми, такого богатства оттенков и полутонов не знала еще русская живопись.

В 1408 году было решено украсить росписью обветшавший к тому времени Успенский собор во Владимире. В те годы Феофана уже не было в живых и выбор пал на Андрея Рублева. В этой работе участвовал и его сотоварищ Даниил Черный.
Рублевым было выполнено традиционное изображение Страшного суда. Эта тема во владимирских росписях дала художнику повод представить целую эпопею, рисующую различные состояния человеческого духа.
В этих фресках в высокой степени проявились черты зрелого стиля Рублева, позднее воплощенных мастером в его самом прекраснейшем шедевре – «Троице».

В развитии не только московской, но всей древнерусской живописи «Троица» Рублева занимает высшую ступень мастерства, она покоряет своим несравненным художественным обаянием. Библейская легенда рассказывает, как к древнему старцу Аврааму явились три юноши и он вместе с супругой своей Саррой гостеприимно принял их, втайне догадываясь, что в них воплотилось божество.

Чтобы лучше понять, почему мир так восхищается «Троицей» Рублева , сравниваем две иконы: «Троица Ветхозаветная» неизвестного автора и «Троицу» Рублева.

Какие детали отсутствуют на иконе Рублева? На что он больше всего обращает внимание? (композиция, общее настроение, колорит)

В древней легенде Рублева привлекает не всемогущество божества, не удивление людей и не страх перед ним. Он проходит мимо чудесных обстоятельств появления ангелов – представлен момент, когда они ведут беседу о том, что один из них должен пожертвовать собой, совершив тяжелый путь земных страданий.
Догматический символ в художественном истолковании Рублева имел для русских людей того времени глубоко жизненный смысл, должен был рисовать пример нравственного подвига.

В старинных источниках говорится, что икона Рублева написана «в похвалу Сергию», и это помогает понять круг тех идей, которые вдохновляли художника. Нам известно, что Сергий, основатель Троице-Сергиева монастыря, патриот земли русской, благославляя Дмитрия Донского на подвиг, ставил ему в пример то самое самопожертвование, которое составляет традиционный смысл «Троицы».

Искусство Рублева- это прежде всего искусство больших мыслей, глубоких чувств, сжатое рамками лаконичных образов - символов, искусство большого духовного содержания.

В классе звучит стихотворение Н Гумилева «Андрей Рублев»

Н Гумилев
«Андрей Рублев»

Я твердо, я так сладко знаю,
С искусством иноков знаком,
Что лик жены подобен раю
Обетованному Творцом.

Нос-это древа ствол высокий;
Две тонкие дуги бровей
Над ним раскинулись широки,
Изгибом пальмовых ветвей.

Два вещих сирина, два глаза,
Под ними сладостно поют,
Велеречивостью рассказа
Все тайны духа выдают.

Открытый лоб – как свод небесный,
И кудри – облака над ним,
Их, верно, с робостью прелестной
Касался нежный серафим.

И тут же, у подножья древа,
Уста – как некий райский цвет,
Из-за какого матерь Ева
Благой нарушила завет.

Все это кистью достохвальной
Анрей Рублев мне начертал,
И этой жизни труд печальный
Благословеньем Божьим стал.

А теперь мы еще раз посмотрим на экран и пусть учащиеся ответят на вопрос: - Это иконы Рублева? ( Если будут споры, можно задать еще вопросы). Что в этих изображениях не так, как на иконах Рублева?

В конце XV века величайшим иконописцем был Дионисий из Белозерского края. О нем известно очень мало, родился, вероятно в 40-е годы XV века и умер 1502 г. Он не был монахом, но работал при монастыре.
И время, когда творил Дионисий, очень отличалось от рублевского. Москва уже освободилась от власти Орды и завершила объединение Руси под своим началом.
Искусство должно было выражать величие и славу Московской державы, особенно ее верховную власть, а именно Ивана III, который стал величать себя царем.

Фрески Ферапонтова монастыря – самое значительное, что осталось от творчества Дионисия. Бесконечно можно любоваться этим памятником древнерусского искусства, полного живительного и радостного настроения.
Собор Ферапонтова монастыря посвящен Рождеству Богородицы, которая почиталась покровительницей Москвы.
Праздничность и нарядность – это основное настроение, которое роспись производит на зрителя. Фигуры полны изысканной грации, они полны женственности в их ритме, в их нежном звучании и вместе с тем торжественны, медлительны, что соответствовало придворному церемониалу древней Москвы.

Вот, что пишет о художнике Дионисии искусствовед В.Н. Лазарев:
«Творчество Дионисия сыграло огромную роль и в истории древнерусской живописи…С Дионисием парадное праздничное, торжественное искусство Москвы стало на Руси ведущим, на него начали ориентироваться все города, ему начали всюду подражать».
Древнерусская живопись создала еще много шедевров, но той мерности и стройности, которые были присущи Дионисию, уже не возвращались.

Обобщение:


*
Предыдущий урок | Следующий урок